17.


Как-то раз Элл сидела на берегу, неподалеку от прыгающего на волнах ПоЛоПлоКаля, и перекатывала в руках найденное в океане кольцо. Она грустила по приключениям – тем, которые закончились, и тем, что еще не начались.

- Чего скучаешь? – подсел к ней человек-Костер. – Слышал, Никс взялся за строительство не то космической ракеты, не то летающей тарелки. Ты как, к звездам слетать не хочешь?

- А? – осовело спросила Элл. Кольцо с бороздками упало в песок.

- Занятная вещица, - сказал человек-Костер, подняв его двумя пальцами. – Неужели у моего купола нашла?

- Угу, - кивнула та.

Человек-Костер прищурил глаза и принялся рассматривать кольцо. Изборожденное темными морщинами окисленного серебра, оно напоминало полый древесный спил.

- Знаешь, а ведь колечко-то не простое, - задумчиво проговорил он. – Волшебное.

- Думаю, в таких штуковинах смыслят только ведьмы, - сказал Тан-Тан. Он прогуливался по берегу с руками в карманах и случайно подслушал разговор.

- Пойти что ли к Ведьмерре? – предположила Элл.

 

Ведьмерра отнеслась к кольцу с недоверием. Сморщив переносицу, она долго разглядывала его в лупу.

- Вот что, - в итоге заключила она. – Это кольцо способно породить целый лес. А если пожелаете, то в лесу вырастет еще и деревянный дом с множеством исчезающих этажей, веревочных лестниц и таинственных закутков. Иметь такой дом – всё равно, что иметь целое состояние!

- Ну и дела! – присвистнул Тан-Тан.

- Читала я о таких драгоценностях, - сказала Ведьмерра. – Нужно только опустить кольцо во влажную землю и произнести древнее заклятье. Но заклятие я, к сожалению, подзабыла. Там было что-то о могущественных чарах имен. А потом вроде бы надо повелеть лесу расти и шириться… Эх, дубовая моя башка! Ничегошеньки не помню! Надо порыться в библиотеке.

Она прошла в шуршащем белом платье в другой конец хижины, где стоял шкаф с книгами, открыла скрипучую дверцу – и испарилась, как любят испаряться только привидения.

 

Элл ушла от Ведьмерры еще более грустная, чем раньше. Тан-Тан умчался вглубь леса, прыгая с кочки на кочку. А человек-Костер вызвался помочь Элл прорастить кольцо.

- В конце концов, почему бы не попытаться? Попытка не пытка, - уговаривал он. – Где бы ты хотела посадить лес?

- Я всегда мечтала сделать это неподалеку от нашего домика. Было бы так прекрасно жить в лесу, никуда не сбегая! И, что главное, подруги всегда рядом.

Присев на грядке с подрастающей редиской, Элл осторожно опустила кольцо в землю, после чего человек-Костер полил его из лейки.

- Ведьмерра что-то говорила о чарах имен, - пробормотал он. – Может, надо назвать адрес, как при отправке почты? Давай-ка попробуем.

- Фэйриэлл, - произнесла Элл, - улица Васильковая, дом с остроконечной крышей. Ну, и подпись, конечно: Элл, Эйри, Фэй и… человек-Костер, - улыбнулась она.

- А теперь нужно повелеть, - подсказал тот.

- Повелеваю волшебному лесу разрастись вокруг нашего дома! – сказала Элл. – Только чур, не трогать клумбы и гигантский василек! И дальше ограды – ни корешка, ни листика! Понятно?

Судя по всему, кольцо попалось сообразительное. Оно вжалось в землю и начало расширяться, увеличиваться, углубляться, точно задумало стать колодцем. А потом случилось небольшое землетрясение. Чай, который пила на крыльце Эйри, расплескался. Люстра в гостиной тревожно зазвенела хрусталиками. А Фэй, которая, по привычке, предавалась безмятежному сну, невзначай свалилась с кровати.

На участке вокруг дома из-под земли стали вырываться крупные зеленые ростки, словно изнутри кто-то толкал их наверх. Хватило всего одной лунной ночи, чтобы из этих ростков вытянулись гибкие шелестящие деревья.

 

…Одно нахальное дерево добралось до окошка в спальне Фэй и принялось будить соню громким шелестом и щебетанием пташек.

- Что происходит? – сонно пробормотала Фэй. Она вытянула руку в поисках одеяла, чтобы укрыться от назойливого шума, а заодно и от солнечного луча, который пробился сквозь крону и уселся у Фэй на левом глазу.

- Вставай! – крикнул кто-то со двора. – Всё самое вкусное пропустишь!

Как оказалось, кричал человек-Костер. Он успел разжечь в лесу огонь и пожарить грибы, собранные здесь же, среди мха.

Тем временем, напевая под нос песенки, Элл разбивала неподалеку палатку.

- Эх, как мы теперь заживем! – счастливо вздыхала Эйри, облокотившись о перила крыльца.

Лес простирался до самого забора, как ему и было велено. Качал верхушками гибких сосен, нашептывая ветру свои секреты, вдыхал тяжелые мысли и выдыхал воздух, напитанный хвоей. Застряв среди зеленых крон, синим глазом глядел в небо гигантский василек. Ему нравились его новые соседи.

 

Фэй спустилась во двор по веревочной лестнице через круглое окошко. Правда, теперь ни о каком дворе и речи идти не могло. Скорее уж о лесной опушке. Когда Элл, Фэй и Эйри подкреплялись жареными грибами, среди деревьев замелькал голубой колпак малышки Мэджи, после чего появилась и она сама.

- А! – воскликнула она. – Так вот кто устраивает землетрясения! Честное слово, всю деревню напугали! Ммм, вкусно пахнет, - принюхавшись, добавила малышка Мэджи. – Из далекого странствия вернулись – так сразу вам и лес, и пикник.

- А ты садись с нами, отведай, - любезно предложил человек-Костер. Малышка Мэджи отпрянула и недоверчиво покосилась на него.

- Это еще кто?

- Не бойся, - усмехнулся человек-Костер. – Все свои. Чужих сюда не пускают.

***

Никс сооружал не то космическую ракету, не то летающую тарелку. И нарадоваться не мог – так складно у него выходило выпиливать и отливать детали!

Детишки, перегнувшись через забор, над ним посмеивались:

- Не поплывет твое корыто, так и знай!

- Это корыто не поплывет, - невозмутимо соглашался Никс. – Потому как предназначено для полетов. А вам, проказникам, еще локти кусать придется, что такого изобретателя дразнили.

Мальчишки высовывали языки, корчили рожи, но замолкали. Им страсть как хотелось полетать на ракете.

***

Злой и недовольный джинн навис над островом Лемуров синей тучей и громогласно объявил о своем прибытии.

- Юмлиса мне! Юмлиса! – громыхнул он в вышине. В руке у него дергался и пищал серый полотняный мешок.

Лемуры всполошились, забегали с места на место, задрав полосатые хвосты, и выволокли из-под пальмы мирно дремавшего короля.

- Исполнил я твое желание! – пророкотал джинн. Юмлис осоловело протер глаза. Он как-то запамятовал, что однажды, когда вольному джинну надоело мотаться по свету в поисках счастья, они повстречались на острове Лемуров и решили сыграть в крестики-нолики. Разумеется, не просто так, а на шкатулку, которую лемуры выловили из воды. Условие было таково, что, если джинн проиграет, ему придется снова вернуться в шкатулку и стать верным слугой Юмлиса, по крайней мере, пока не иссякнут три желания. И джинн, само собой, проиграл. Сколько было возмущений, сколько грома и молний в чистом небе! Припомнив гнев джинна, Юмлис почувствовал, как по спине бегут мурашки.

- Исполнил? – переспросил он. – Тогда давай ее сюда.

Джинн брезгливо поморщился и вытряхнул из мешка обезумевшую от страха сороку. Пытаясь вырваться на свободу, она растеряла немало перьев. И, когда ее небрежно сбросили на песок, она еще долго не могла успокоиться. Верещала, как будто из нее вот-вот сварят суп.

Джинн отряхнул руки, полагая, что дело сделано. Развернулся и уже собрался умчаться в далекие дали, как вдруг Юмлис его окликнул.

- Ну, а теперь чего? – буркнул джинн.

- По правилам, мне полагается еще и второе желание, - напомнил король лемуров.

Джинн устало понурил голову.

- Ладно, пусть будет второе, - вздохнул он. – Чего изволите?

- Верни-ка ты этой сороке ее прежний образ, - попросил Юмлис.

Джинн прищурился и направил на птицу синий палец. Та захлопала крыльями, решив, что сейчас-то ее уж точно изжарят. Но взлететь она не успела. Как только ее коснулся конец бледно-голубой молнии, которая вырвалась у джинна из кончика пальца, не стало ни крыльев, ни хвоста, ни клюва, ни даже когтистых лап. А вместо сороки на пляже появилась довольно приятная на вид девочка со светлыми косичками и запачканным лицом.

- Тебя зовут Ненни? – спросил у нее Юмлис.

- Да, - кивнула девочка, - меня действительно так зовут. Благодарю тебя за то, что спас меня. И тебе, - повернулась она к джинну. – Тебе тоже спасибо! Хоть я и не хотела, чтобы ты меня поймал, хоть и пряталась от тебя…

- Тсс! – загадочно произнес джинн. – Ни слова больше! Из-за тебя на острове я действительно устроил настоящий переполох. Но не это главное. Главное – то, что ты меня поблагодарила. И теперь… - Тут Юмлис закрыл лицо руками, потому что его третьему желанию уже не суждено было исполниться. - Теперь, - повторил джинн, - я вновь волен лететь, куда мне вздумается. И никто, никто меня не остановит!

Крикнув на прощание что-то невнятное и, как показалось Юмлису, не очень-то вежливое, джинн дважды исполнил в воздухе спираль, несколько раз прокатился по небосводу колесом, после чего умчался за горизонт, оставив после себя легкий синеватый дымок.

 

Когда над островом вновь повисла тишина, нарушаемая лишь шепотом прибоя да шелестом пальмовых крон, маленькая Ненни подергала Юмлиса за рукав.

- А каким было твое третье желание? Ведь оно было, не правда ли? – робко спросила она.

- Теперь это уже неважно, - ответил тот, глядя вдаль. – Думаю, тебе понравится на острове, где живет столько милых пушистых зверьков и кругом растут одни бананы. А если вдруг остров придется тебе не по душе, я всегда смогу вырезать лодку из поваленного дерева, чтобы отправить тебя в Фэйриэлл. Ведь обходились же раньше без джиннов!

 





Элл и
Бурный океан
(к списку глав)
На главную
Яндекс.Метрика