5.


Тан-Тан сел на берегу чистить рыбу, а Элл отправилась на разведку. Ее очень интересовал маяк. Что-то в нем было таинственное. Остров молчал. Не пели и не летали птицы, даже волны старались потише накатывать на черную гальку. Ветер бесприютно выл и стонал в незастеклённых окнах наполовину затопленного маяка. Над водой возвышался только второй этаж, и Элл смогла пролезть в узкое стрельчатое оконце.

На полу второго этажа лежали люди. Одни - под одеялами, другие - на сплющенных подушках, третьи кутались в дырявые пледы. Большинство из них было безучастно ко всему, и только некоторые тихонько плакали.

Какая-то маленькая девочка в помятом платье терла кулачками глаза и ныла:

- Солнце, мне нужно солнце!

Из-под соседнего одеяла высунулась и лениво взмахнула рука.

- Во сне к тебе придет солнце, и ты будешь счастлива, - произнес вялый, безжизненный голос.

- Ложись и спи. Ложись и спи, - зазвучали вокруг его блёклые подобия.

Даже у Элл вдруг начали слипаться глаза.

- А вы случайно не видели Эйри или Фэй? – спросила она, вспомнив, зачем, пришла.

- Здесь уже долгое время никто ничего не видит, - раздался из-под соседнего одеяла хриплый голос. – Разве что плакса Ненни. К несчастью, девчонка родилась зрячей. Но это поправимо. Скоро она выплачет все свои слезы и тоже перестанет видеть…

«Какой ужасный маяк! – содрогнулась Элл. – Маяк слепых!»

Маленькая Ненни вскочила с места и бросилась к Элл, крепко-крепко обхватив ее за талию.

- Забери меня отсюда! Я так мечтаю о солнце! – попросила Ненни и подняла заплаканное личико.

- Спите! Ложитесь и спите! – прозвучал туманный хор голосов. – Во сне к вам придет солнце, и вы будете счастливы…

На Элл этот хор подействовал странно. Ей вдруг до невозможности захотелось закутаться в теплый плед и увязнуть в приятном сновидении. Действительно, почему бы не последовать совету слепых? Ведь сны бывают цветными гораздо чаще, чем настоящая жизнь. Во снах не нужно бороться – плыви себе по течению да наблюдай.

- Есть здесь у кого-нибудь плед? – зевая, спросила она. Сколько Ненни ни дергала ее за рукав, мысли Элл делались все медленней, сознание замутнялось, а глаза отказывались видеть.

- Ложись и спи-и-и, - заунывно выл ветер в черных окнах.  

Элл бессильно опустилась на пол и прислонилась к холодной стене. Вот так-то лучше. Да, так – очень хорошо…

***

Посреди ночи цепкую тишину в затопленном маяке нарушили Никс и Тан-Тан. Они появились из ниоткуда. Один – с горящим масляным фонарем, а другой – с зажатой в руке рогаткой да пригоршней желудей.

- Хэй-ей-ей! – прокричал Тан-Тан. – Выходи, подлый негодяй, похититель Элл! Я тебе сейчас накостыляю!

Из темноты послышались недовольные вздохи и гадкий, расползающийся по углам шепот:

- С-с-спать! Не мешай спать!

Никс уловил какое-то движение, и вскоре в свете масляного фонаря показалось личико Ненни, обрамленное с двух сторон тонкими косичками.

- Идемте, - сказала она. – Отведу вас к Элл. И будет лучше, если вы на время погасите фонарь.

Никс задул фитиль, и на друзей сразу же навалилась гнетущая темнота. К ней сложно было привыкнуть, но уже через несколько минут различать людей и предметы стало проще.

Элл сидела у каменной кладки, безвольно опустив руки и свесив голову.

- Ну и напасть! – присвистнул Тан-Тан. – Ей что, нездоровится?

- Тише! - испуганно попросила маленькая Ненни. – Если слепых разбудить, они примутся уговаривать вас заснуть. И тогда мы точно отсюда не выберемся.

- Она права, - сказал Никс. – Нам следует поторопиться.

Передав фонарь Тан-Тану, он взвалил Элл на плечи, и друзья пустились в обратный путь.

- Ты помнишь, где окно, через которое мы проникли в маяк? – шепотом спросил у Никса Тан-Тан.

- Не уверен, - отозвался тот. – Надо посветить на стены. Справишься?

Тан-Тан фыркнул и чиркнул спичкой о коробок. Во тьме вспыхнул яркий огонек.

- Плевое дело!

Однако трудности всё-таки возникли. Оказалось, что свет фонаря раздражал слепых.

- Уберите с-с-свет! – шипели отовсюду. – С-с-спать! Ложитесь с-с-спать!

- О нет, только не это! – пискнула Ненни. – Быстрее! Быстрее! Не слушайте их!

Тан-Тан бежал впереди, спотыкаясь о неподвижные тела и водя фонарем туда-сюда. Никаких ориентиров внутри маяка не было. Ни пометок на камнях, ни знаков.

- Ложитесь спать! Спать! Спать! – лился в уши оцепеняющий приказ. 

Ноги у Никса сделались словно ватные, от голосов было не спрятаться, не убежать.

«Сдавайся! – звучала в голове неотвязная мысль. – Ты наш!»

И Никс уже был готов сдаться, забыться, утонуть во мраке… Как вдруг:

- Нашел! Спасены! – воскликнул Тан-Тан, высветив фонарем знакомое оконце. Ненни, не мешкая, выбралась наружу, в непроглядный туман.

- Фью! – присвистнул Тан-Тан, высунувшись из окна. – Если над островом постоянно висит эта белая муть, неудивительно, что люди слепнут. Согласись, Никс?

Но Никс не откликнулся. Ни шороха, ни топанья ног за спиной Тан-Тана. Тот мгновенно сообразил, что к чему, и вновь исчез во тьме маяка, поручив Ненни сторожить фонарь.

Никс и Элл лежали на холодных камнях пола совсем недалеко от заветного оконца.

- Вот уж не знал, что ты, изобретатель, сдаёшься, когда путь почти пройден, - проворчал Тан-Тан и выволок на воздух по очереди каждого из друзей.  

Никс с трудом разлепил глаза.

- Где это я? – вяло произнес он.

- Ты чуть было не заснул в маяке слепых! – сказала Ненни. – Гиблое место, не стоит здесь задерживаться.

Никс вскочил на ноги и, как следует, потряс головой.

- А что с Элл?

Элл не шевелилась и не подавала признаков жизни. Разве только дышала – едва-едва.

- К сожалению, она слишком глубоко погрузилась в сон и пробудет в таком состоянии не меньше суток, - наклонившись к ней, сказала Ненни. – Ее покинула радость, а это очень серьезно. Всем нам нужно солнце, много-много солнца…

***

- Сотня хромых крокодилов! – вскричала Ведьмерра. Отскочив от «всевидящего» котла, она заметалась по хижине в поисках чего-нибудь, что можно разбить. – Элл была просто обязана навечно остаться в маяке слепых! Я столько чар применила – и всё впустую! А ведь у нее такой уступчивый характер! Если бы не ее проклятущие друзья, чары непременно бы сработали! Ну почему, почему мне постоянно не везет?! Советовала же прабабушка Ринда не браться за дело спустя рукава, быть предусмотрительной. А что теперь?

Носясь по комнате, как угорелая, Ведьмерра нечаянно налетела на зеркало в тяжелой раме, увидала свое отражение – и от ужаса выпучила глаза. Откуда вдруг взялся напротив этот длинный и кривой нос? Да подобного уродства у ведьм спокон веков не бывало!

- Знаю-знаю, - проскрежетала она. – Мой злобный план не удался, вот и носы всякие растут да кривятся. А ну, сгинь! – пригрозила Ведьмерра своему отражению и, что-то хмуро бормоча, полезла в пыльный подвал. Спустя несколько шумных минут из подвала появился такой же пыльный сундук с выцветшим от времени рисунком из красных и зеленых завитушек.

- Смотри, Чернотень, - сказала Ведьмерра сытой черной кошке, которая восседала на шкафу этаким величественным сфинксом. – Древний сундук наконец-то послужит хоть кому-нибудь из нашего рода! Прабабушка велела не отпирать его без надобности. Там хранятся ценные справочники, и сейчас мы с тобой на них посмотрим. А кое-что, может, и почитаем…

В сундуке громоздились стопками учебники по приготовлению взрывоопасных смесей, тетради с неразборчивыми заметками на полях и толстый том с полезными советами косметолога. Обложка «полезных советов» была обернута в шуршащую фольгу, страницы прижимались плотно одна к другой, и было видно, что прабабушка книгой дорожила.

Длинный нос страшно мешал Ведьмерре. Он упирался в книгу и заслонял половину букв. А если мимо случалось пролететь любопытной мухе, то она считала своим долгом непременно залететь в ведьмин нос – вдруг там завалялось что-нибудь вкусное? Ведьмерра чихала и злилась. Какая досадная у нее судьба – всякий раз, как терпишь провал, терпеть потом еще и наказания!

- Что делать, если вырос нос? - прочитала она, водя по оглавлению грязным ногтем. – Пишет Зеленая Плесень Корчарра. Ну-ка, ну-ка… Страница девяносто восемь. Ага! Если ваш нос вымахал под сажень, это неспроста. Наверняка вы провинились, создав негодные чары. Чтобы исправить ситуацию…

Ведьма несколько раз пробежала глазами текст, подняла голову от книги и растерянно взглянула на кошку.

- Чтобы исправить ситуацию, сделайте одно доброе дело. Нет, ты слышала, Чернотень?! Мне, самому воплощению зла и ужаса, делать добрые дела?! Да как такое вообще могло прийти кому-то в голову?!

До вечера Ведьмерра не находила себе места – слонялась из угла в угол, вздыхала, натыкалась носом на препятствия и снова вздыхала. Ее терпение закончилось, когда нос задел самовар и тот с грохотом покатился по полу, сияя полированными боками.

Когда на небо выплыла полная луна, черной кошке надоело восседать на шкафу, да и аппетит заметно разгулялся. Поэтому она решила поохотиться на лесных зверушек. Спрыгнула, приземлившись ровно на все четыре лапы, и давай скрести по двери, чтобы выпустили. Но Ведьмерра пребывала в тяжелых думах. Она сидела у помятого самовара и, подперев ладонью щеку, мрачно разглядывала в нем свое помятое отражение.

- Длинный нос или доброе дело? Нос или дело, вот в чем вопрос… А, ладно, - махнула рукой ведьма. – Разок можно себя и пересилить. Не ходить же, и правда, уродиной всю оставшуюся жизнь!

 





Элл и
Бурный океан
(к списку глав)
На главную
Яндекс.Метрика