Глава 16. О трусливых крышах и не менее трусливых совятах


В тот же день, прознав, где Эйри купила пледы, жители долины не сговариваясь бросились в магазинчик на углу улицы. Продавец был в восторге. Малышка Мэджи, модница Кэри и робкая Мэри получили пледы за «спасибо». А старый пекарь, который иной раз не мог удержаться от крепкого словца, решил не рисковать и взял плед за пять монет.

«Теперь меня точно выгонят!» - думал он, чуть ли не прыгая от радости.

А Фэй тщательно готовилась ко сну. Она всерьез задумала сравнять художественную школу с землей. И где как не во снах можно осуществить задуманное без пыли и суматохи?

Забравшись под одеяло по самый нос, она внушала себе, что увидит, как от школы останутся одни обломки. Она представляла, как с потолков сыплется побелка, а от стен отваливаются маленькие квадратные плитки.

«Плитки шоколада, пусть они станут плитками шоколада. И пусть в это время в школе не будет ни единой живой души…» 

 

То, что оказалось не под силу ни колыбельным, ни снадобьям, легко и просто удалось настойчивой мысли. Поезд сновидений прибыл с опозданием. Он замедлил ход, но никак не желал останавливаться, постоянно сигналя и пыхтя. Фэй успела запрыгнуть в последний вагон и, ухватившись за поручень, понеслась вдаль под стук иллюзорных колес. За окнами поезда мелькали поля и луга, горы и реки, пробегали чередой треугольные крыши деревенских построек, плетеные изгороди, стада пасущихся овец и коров. И вот угодья с пастбищами кончились. Земля внезапно обеднела, поросла жухлой травой и высокими блеклыми хвощами.

«Вот каков он, мой Фэйриэлл, - сказала себе Фэй. – Здесь мало зелени и совсем нет лесов. Так не пойдет. Мне нужен лес. Настоящий лес. Где живут совы и прыгают по деревьям белки».

Сказано – сделано. Поезд ворвался в спящую зелень хвойного леса. Сперва хвойного, а затем смешанного. На Фэй нахлынула свежесть, повеяло запахом прелой листвы. Лес протянулся широкой полосой до самого Лайреона, окружил цилиндрические дома и густым пологом навис над художественной школой.

Рельсы закончились перед ступенями школы, и поезд резко затормозил.

- Падай! – приказала Фэй школьной крыше. Крыша шелохнулась, привстала на коротких цементных ножках и несмело повернулась на девяносто градусов. За свою недолгую жизнь ей еще ни разу не приходилось падать.

Тем временем Фэй провела пальцем по гладкой блестящей плитке, какими снаружи были выложены стены. Попробовала на вкус.

- О! Отличный шоколад! – воскликнула она. – А теперь осыпайся! Ах да! – спохватилась она. – Бродячая дверь, ко мне!

Дверь повиновалась и выплыла из школы, словно для нее не существовало преград.

- Тебе понравится в нашем цилиндрическом доме, - сказала Фэй двери. – Там гораздо таинственней и просторней, чем где-либо еще.

Судя по всему, дверь поняла, чего от нее хотят, и, словно ковер-самолет, умчалась по направлению к окраине города.

- А теперь рушься! Исчезай! – распорядилась Фэй и хлопнула в ладоши. – Останьтесь только шоколадные плитки! Пусть жители Лайреона полакомятся!

 

Она плохо помнила, что произошло потом. Ее разбудила беготня по дому и восторженные возгласы.

- Лес! Смотрите, лес! – кричала Элл. – О, как я соскучилась по моему милому лесу, где было так здорово разбивать палатку!

- Айда по грибы! Кажется, моя поясница совсем прошла! – как мальчишка, кричал старый пекарь.

Мадам Джиновия Стиллс тоже кричала, где-то там, внизу. Она опять колотила в запертую дверь и возмущалась оттого, что ее ненаглядная школа рассыпалась, словно сахарный кубик.

Сегодня в лес отправились даже самые преданные поклонники рисования. Мадам Джиновия видела, как ее бывшие ученики один за другим углубляются в чащу, и в конце концов не выдержала. Подобрав юбки, помчалась следом.  

 

Вдоволь нагулявшись по лесу и досыта поев ягод, они вернулись в город поздно вечером. Жители ходили по неосвещенным улицам (потому что с появлением леса о фонарях все забыли), задирали головы и подолгу рассматривали звезды. Кто-то пел протяжные песни, кто-то танцевал прямо на площади, в свете луны. Люди выставили на балконы цветы в горшках и украсили зелеными ветками парадные двери, чего прежде никогда не случалось.

Цилиндрические дома больше не казались унылыми черными столбами, в них и вокруг них кипела жизнь.

- Как много принес с собой обычный лес, - вслух рассуждала Элл, сидя на подоконнике и болтая ногой. – Впервые за долгое время я снова вижу звезды. А завтра кривые фонари наверняка выкорчуют из земли и выбросят на свалку… Интересно, станет ли Фэйриэлл когда-нибудь похож на нашу родину?..

 

Ночью к Элл никак не шел сон. И вовсе не потому, что город не спал.

«У! У-ху! - доносилось из-за закрытой форточки. – У! У-ху

Нет, жители Лайреона здесь были совершенно не при чем (хотя они пели и плясали до самого утра). Судя по всему, в дупле высокоствольного дуба, который вырос рядом с цилиндрическим домом, поселилась сова. Точнее сказать, совенок. Когда из полудремы Элл вывело очередное «У-ху!», она не выдержала и распахнула окно.

- Эй! – шепотом позвала она. – Ты почему на охоту не летишь? По ночам совам положено охотиться.

- Они без меня улетели, у-у-у! – пропищал совенок. – А мне страшно. Я темноты боюсь.

- Вот ведь горе луковое! Давай, полезай сюда. Зажжем лампу и будем пить чай с пряниками.

…Совенок расправлял крылья, поудобнее устраиваясь на подлокотнике кресла, довольно ухал и тщетно пытался схватить клювом круглый пряник. Элл смеялась и разламывала пряник на кусочки. Это была ее самая счастливая ночь с тех пор, как она попала в Фэйриэлл.

 





Дорога
в Фэйриэлл
(к списку глав)
На главную
Яндекс.Метрика