Глава 3. О глухарях и совиных мифах


На вечеринке в честь спасения цыплят было слишком тесно и шумно. Мэджи не рассчитала и пригласила почти всех жителей долины. Не явился только старый пекарь, у которого с утра ломило спину. Часть гостей доедала крем-брюле, а часть болела за участников бега в мешках, когда Фэй заметила в толпе Эйри.

- Эйри! Где Элл?! – крикнула она.

- Я думала, она с тобой! – крикнула в ответ та.

- Нет! Ее здесь нет! – прокричала Фэй, распихивая гостей локтями.

- Я звала ее, но она не откликалась… - виновато пробормотала Эйри. – Что же нам делать?

- Сейчас же идем назад, - твердо сказала Фэй. – С Элл наверняка что-то случилось.

 

Когда Эйри и Фэй добрались калитки, уже стемнело. Во дворе загорелись фонари, и в свете фонарей домик с конусовидной крышей напоминал лицо печального волшебника. Из уха у этого волшебника очень подозрительно свисала веревочная лестница.

- Так, ну, мне всё ясно, - сказала Фэй. – Элл дала дёру.

- Чего дала? – не поняла Эйри.

- Сбежала она, понимаешь? Только вот почему? И главное, куда?.. Надо немедленно отправиться на поиски.

- А не поздновато ли? – спросила Эйри. – Говорят, утро вечера мудренее.

Фэй почесала в затылке.

- Наверное, ты права. Если мы пойдем искать Элл на ночь глядя, то не ровен час потеряемся. И потом кому-нибудь придется искать нас.

 

Ночью Фэй не сомкнула глаз. Она ворочалась в постели и никак не могла уснуть. Да и как тут уснешь, если, возможно, именно сейчас Элл набрела на людоеда. Или прилипла к сети гигантского паука. Или… Фантазия Фэй так разыгралась, что оставаться одной в комнате стало невыносимо.

«А спущусь-ка я в гостиную», - решила она.

В гостиной, перед камином, на коврике, сидела Эйри, прижимая к груди тряпичного зайца.

- Как там наша Элл? – всхлипнула она. – Не растерзали ли ее дикие звери?

- Звери? – переспросила Фэй.

- Ну, да. Знаешь, мне кажется, она отправилась в лес. Как-то раз она обмолвилась, что хочет пожить в лесу. Представить себя первооткрывателем новых земель или смелым непобедимым индейцем.

- Ну, если она представит себя непобедимым индейцем, дикие звери ей точно не страшны, - заметила Фэй.

 

Поутру, едва рассвело, они с Эйри двинулись в лес. Там было сыро и пахло грибами. В траве ползали блестящие жуки и прыгали кузнечики. А с веток деревьев добродушно и немного удивленно поглядывали вниз глухари. Иногда они перекликались:

- Эй, глухарь!

- Ась?

- Что ты сказал?

- Не слышу!

Фэй задрала голову и, сложив руки рупором, прокричала:

- Эй, птички! Элл не видали? Девочку в фиолетовой шапочке?

- Ась? – переспросил самый глухой из глухарей.

- Чего? – удивился другой.

- Повтори! – потребовал третий.

- Да ну вас! – махнула рукой Фэй и ускорила шаг.

 

Сквозь густую листву пробивались солнечные лучи, чирикали неугомонные пташки. Мохнатый шмель уселся на такой же мохнатый цветок и потер лапки в предвкушении сытного обеда, когда Эйри остановилась на тропинке.

- Фэй, погоди, я что-то слышу! – взволнованно сказала она. А слышала она не что иное, как звуки губной гармошки. Доносились они откуда-то сбоку, из-за зарослей дикой ежевики.

Теперь мелодию услыхала и Фэй. Уже через минуту они бойко пробирались через колючие заросли.

- Ой! Ай-яй! – попискивала Эйри всякий раз, как натыкалась на шип. Ее длинные кудрявые волосы не умещались под заячьей шапочкой и цеплялись за ветки. Фэй тоже порядочно натерпелась от шипов, но не проронила ни звука.

Наконец, кусты расступились. Впереди сияла росой большая земляничная поляна, а в центре поляны стояла кривобокая палатка.

- Так-так… Палатка наша. Я хорошо ее помню, - сказала Фэй. – И кое-кто  до сих пор не научился ее устанавливать.

- Кое-кто без спросу стащил мою губную гармошку, - обидчиво заметила Эйри. – Элл! А ну, вылезай!

Мелодия стихла, однако из палатки, вместо Элл, вылез какой-то черный мохнатый зверёк. У этого зверька были короткие лапки и острая мордочка с круглым блестящим носом.

- Волосатая мышь? – не поверила Эйри.

- Волосатый ёж! - возразила Фэй.

- Сами вы волосатые ежи, - подала голос Элл и высунулась из палатки. – Я уж было подумала, что Чурунда пришла.

- Что за Чурунда? – нахмурилась Фэй и сделала шаг вперед. – Ерунда какая-то!

- Стой, где стоишь! – закричала Элл. Но было уже поздно. Фэй громко взвизгнула и провалилась в яму. Эту яму сложно было заметить, потому что она была прикрыта ветками и травой. Зато теперь, когда туда угодила Фэй, стало видно, насколько яма глубока.

- Сюда должна была упасть Чурунда, - разочарованно сказала Элл и протянула Фэй руку.

- Когда ты успела выкопать? – поразилась Эйри. – За одну ночь, да еще и без инструментов.

Элл с гордостью указала на мохнатого зверька с круглым носом.

- Мой главный инструмент – Будюп.

- Честное слово, кого-то он мне напоминает, - сказала Фэй, выбравшись на поверхность. И тут она вспомнила о карте своей выдуманной страны. Эту карту она рисовала целую неделю, а потом засунула пылиться на самую верхнюю полку. В стране Фэй обитали точно такие же черные мохнатые животные. Наделив их умом, Фэй позабыла наделить их речью. Кто знает, может, именно поэтому Будюп мог лишь фыркать да тереть лапками мордочку?

- Я никогда прежде не видала таких странных существ, - сказала Эйри. – А вдруг он занесен в перечень редких видов? Надо отдать его на экспертизу.

- Ни за что! – вступилась Элл. – Он мой друг, а друзей на экспертизу не отдают. Тебе было бы приятно, если бы вокруг толпились ученые и тыкали в тебя разными инструментами?

- Брр! Извини, – поёжилась Эйри. – А кто такая Чурунда?

- Ну-у-у, - закатила глаза Элл. – Тут мимо пролетала сова. Она была чем-то обеспокоена и посоветовала мне остерегаться Чурунды, потому что Чурунда, на кого ни посмотрит, всех превращает в камень. Или в золу. Я не очень разобрала… Сов, знаете ли, иногда трудно понять.

Эйри согласно закивала, а Фэй подумала, что совы, по сравнению с глухарями,  еще ничего.

- Другая сова с огромными от страха глазами рассказала, что летит уже третьи сутки без передышки и что за нею мчатся тучи птиц! – продолжала Элл. - А за тучами птиц мчатся просто тучи. Фиолетовые, тяжелые и утыканные молниями.

- Кажется, грядут неспокойные времена, - заметила Фэй, ковыряя землю носком ботинка. – А что, Чурунда охотится исключительно на птиц?

- Чурунда охотится на всех. Просто первыми всполошились птицы. Они перемещаются на восток целыми стаями. Сова сказала, у Чурунды есть крылья (правда, они не годятся для полета) и длинные ноги с загнутыми острыми когтями. На голове у нее то ли корона из перьев, то ли львиная грива. А взгляд… Те, кто испытал его действие на себе, уже ничего не могут рассказать, - вздохнула Элл. – Мы с Будюпом выкопали яму, но, боюсь, ее глубины недостаточно, чтобы удержать Чурунду.

- Думаю, Чурунда – это обычный совиный миф, - высказалась Фэй. – Никто никого не превращает ни в камень, ни в золу. Вот, что я думаю. Поэтому бери Будюпа и возвращайся домой. Как-нибудь на днях я научу тебя правильно устанавливать палатку.

 





Дорога
в Фэйриэлл
(к списку глав)
На главную
Яндекс.Метрика