Глава 14. Призраки со странностями


Долго ли, коротко ли – дошли до Юлия вести, будто его приближенные позволяют себе вольности и над честными гражданами издеваются. Понятное дело, Флорин настучал. По словам очевидцев, сначала его видели на станции недалеко от города Рекопокровителя (то есть от пут его освободили лишь спустя сутки). Потом он надиктовывал телеграмму в почтовом отделении и был потрепан и страшно зол.

- Теперь Фарид меня с удвоенным рвением преследовать будет, - вздохнула я, когда мы с Эсфирью и Арчи пили чай в трапезной зале.

- Не бойся, у тебя ведь есть защитник, - выпятил грудь Арчи. – Буду твоим телохранителем.

- Уж лучше пусть моим телохранителем будет Адель, - горько усмехнулась я. – Она хоть и не сильна, зато обладает смекалкой. А ее обаяние сбивает злодеев с толку.

- Не всякий злодей падок на красоту, - уязвленно заметил Арчи. Он напыжился и сложил на груди руки. – Не очень-то на Адель рассчитывай. Весной мы двинемся в Вечнозеленый, а она останется здесь!

Я задумалась: весна же совсем скоро! Зима пролетит как один большой снежный ком, а мне до отъезда надо построить воздушный шар.

- Так, - сказала я, - понадобится дополнительная рабочая сила. Мне одной с аэростатом не успеть. Кто готов помочь?

- Я буду экспертом, - отозвался с коврика Пуаро.

- Что значит экспертом? – приподнял бровь Арчи.

- А то и значит. Вы будете строить, а я ходить вокруг и критиковать.

Когда вошел слуга с подносом, Пуаро облизнулся и побежал за добавкой печенья.

- Ладно, обойдемся без шкодливых критиков. Арчи, поможешь? – спросила я.

Арчи состроил страдальческую гримасу.

- Только при условии, что ты разрешишь дарить тебе подарки и хотя бы изредка будешь улыбаться в моем присутствии, - выдал он.

Что ж, по рукам. Цена невелика.

Эсфирь тоже вызвалась помогать. Наверняка Рифат посвятил ее в тайны своих адских электрических приборов. В технике она должна была хоть немного да разбираться.

Тем же вечером мы дружно взялись за дело. Я плела корзину из прутьев ивы, Арчи возился с горелкой и бегал по городу в поисках баллона с пропаном. К шитью оболочки мы подключили Адель. Она приходила в резиденцию с корзинкой прочных ниток и сшивала дольки купола с исключительным проворством.

В итоге, на пошив воздушного шара было потрачено более двенадцати километров ниток (Адель смеялась, потирала исколотые пальцы и говорила, что лично подсчитала).

Юлий почти все дни проводил в тронном зале, развлекаясь за игрой в бильярд или слушая наскучивших придворных. Погода стояла пасмурная, небо нависало над городом тяжелым свинцом. Однако когда тучи рассеивались, король наведывался к нам на полигон - посмотреть, как продвигается работа. 

И конечно же, ни одно совещание по поводу аэростата не обходилось без участия моего зубастого «критика».

- Так и знай, Пуаро, - в шутку грозился Юлий, - сделаю тебя королевским советником.

Такая перспектива Пуаро, судя по всему, льстила. Он вилял хвостом, высовывал язык и капал слюнями на начищенные до блеска ботинки Юлия. 

 

Арчи заваливал меня подарками, и настал день, когда число подарков перевалило за сотню. Всем вокруг казалось, что снова наступил день Звезд, и только мне одной – что я полная дура. К началу меркния (то есть февраля) до Арчи наконец дошло, что подарками меня не завоевать. Шар был готов, в рабочей силе нужда отпала, и я со спокойной совестью вернула ему дареные побрякушки и сладости, к которым даже не притронулась.

По идее, Арчи должен был прийти в ярость, рвать и метать, а заодно – почему бы нет? - раздраконить воздушный шар. Но ничего подобного не произошло. Он всего лишь свалился с горячкой. Решил надавить на жалость. Только вот беда – у Жюли Лакруа на тот момент не осталось ни капли сострадания. К концу зимы мое сердце превращалось в черствый кусок хлеба и только ближе к лету вновь размякало и начинало биться, как ему полагается.

В общем, Арчи слег, и королевский лекарь пичкал его какими-то сомнительными микстурами.

- Всем больным нужны положительные эмоции. Ты не исключение, - сказала я однажды вечером, сев у изголовья его кровати.

- Ты одна моя положительная эмоция! – простонал Арчи.

- Что-то не похоже, - фыркнула я.

- А ты посиди со мной часика два. Или четыре. Хотя нет, лучше вечность. Тогда я, может быть, поправлюсь.

 

Вскоре он пошел на поправку, несмотря на то, что его сиделкой я быть отказалась. Дни летели со скоростью пробирающего до костей зимнего ветра. Мы всё реже собирались за обеденным столом в трапезной зале, всё чаще уединялись в уютных уголках, где, в свете абажура, можно было почитать книгу и маленькими глотками пить горячий шоколад.

Мы с Эсфирью любили растягивать удовольствие. Завернувшись в клетчатые пледы на широких подоконниках, друг напротив друга в маленькой комнатке, которую выискал Пуаро, мы читали вслух завораживающие истории о прошлом Мериламии.

- И тогда колдунья обратилась вороном со сверкающими глазами, взмыла в черное небо – и на землю тотчас обрушился град, - читала Эсфирь.

- Град – в смысле «город» или в смысле «осадки»? – перебил Пуаро, который маялся от безделья.

- Пойди, поищи себе занятие, - буркнула я.

- Да нет, погоди-ка, вполне логичный вопрос, - сказала Эсфирь. – Смотри, здесь написано: «И в граде том были диковинные дворцы, вытянутые, точно шишки еловые, гладкие и многоглазые, аки чудища морские. И населяли тот град бездушные призраки».

- Хм, любопытно, - проронила я. – Что-то знакомое… Может, речь о крае упавших самолетов?

- Так и есть! – вскричала Эсфирь. – Я почти уверена!

- А когда Юлий собирается возвращаться в Вечнозеленый? – уточнила я. – С первой весенней капелью?

- Он без умолку твердит об этом в своих апартаментах, - вставил Пуаро. – Хочет врагам в глаза взглянуть да совесть у них пробудить. Как весна, говорит, придет, как лигорий наступит, так в путь и тронемся.

- Первое лигория – день гольфа, если я не ошибаюсь, - сказала Эсфирь. – Король соберет придворных на площадке за дворцом и устроит турнир. И вот тогда-то…

- Ага, - подхватила я, - вот тогда-то и выступит из тени Агент Катастроф. Но я о другом думаю. Мы ведь полетим назад на шаре?

- Ну и что с того? – проворчал Пуаро.

- Пустим шар над краем упавших самолетов. Мне надо кое-что выяснить насчет тетки Арчи. Если я права и он тоже упал в Мериламию, то в одном из «морских чудищ» наверняка обнаружится его настоящая семья.

- Правда, мертвая, - передернулась Эсфирь.

- Ничего, - пошутила я. – Душу они из меня высосать не успеют. На воздушном шаре искать гораздо легче и безопаснее.

Похоже, весна действительно была не за горами. Иначе почему вдруг мне взбрело в голову выводить тетку Арчи на чистую воду? Когда заботишься о ком-то, кроме себя, сердце начинает оттаивать. Когда сердце начинает оттаивать, хочется заботиться о ком-то, кроме себя.

 

… Метель то утихала, то вновь набирала обороты и принималась буйствовать, наметая сугробы высотой с Пуаро. Пуаро прыгал по сугробам и был более чем счастлив.

Но однажды он почуял в воздухе весну. На затвердевший наст королевского полигона упали первые теплые лучи – и включился режим разморозки.

А потом настал славный день отлета. Слуги Юлия паковали багаж, чтобы отправить поездом в город Вечнозеленый. Арчи носился по дворцу туда-сюда в поисках места, куда можно было бы пристроить отвергнутые подарки и свою отвергнутую любовь. Позднее он примчался и заявил, что запер любовь в надежном сейфе и впредь о ней не заикнется.

 

Воздушный шар ждал нас на холме за резиденцией. Флорин тоже. Пуаро скалил на него зубы из корзины аэростата и грозно рычал. Возможно, именно поэтому Флорин предпочел держаться на расстоянии, беспомощно выглядывая из-за ствола старой липы.

- Прочь! – приказал ему Арчи, стрелой взлетев на холм. – Теперь ты уже ничем не сможешь навредить Жюли. Отправляйся туда, откуда пришел, и передай Фариду, чтобы готовился встречать гостей. Совсем скоро от него останется мокрое место.

Флорин задрожал, как осиновый лист, отскочил в сторону - и кубарем скатился с холма.

- Как ты сказал? Мокрое место? – переспросила я. – Откуда столько храбрости? Неужели ты полагаешь, король станет марать руки о такого негодяя?

- А если не он, то кто? – вскинулся на меня Арчи. – Хотя, впрочем… - помедлил он. – Если понадобится, я Фарида собственными руками задушу. Будет знать, как преследовать моих друзей!

Арчи с хрустом размял пальцы, а я подумала, что иметь такого заступника очень даже неплохо.

 

Адель дремала в каморке на съемной квартире, и по ее ресницам скользили несмелые лучи заспанного солнца, когда Эсфирь обрезала трос и мы впятером поднялись над землей.

- Бренная земля, бренная земля, как ты далека, как же мы легки, - продекламировал Пуаро своим смешным низким голоском.

- Я надеюсь, - улыбнулся Юлий, - ты это сам сочинил.

Юлий от полета пребывал в полном восторге.

- Обожаю, знаете ли, летать, - сказал он. – Почему бы не внести эту забаву в список ежедневных развлечений? Лео наверняка одобрит. Да и Жаклин с Беатрисой тоже. Как-нибудь обязательно покатаю на воздушном шаре моих придворных дам.

- Жюли, куда курс держать? – осведомился Арчи, который временно был за главного.

Я передала ему карту и провела пальцем прямую.

- Вот мы, вот – промежуточная цель.

- Что? Край упавших самолетов? Тебе что, жить надоело?! – воскликнул он.

Я подвела его к борту корзины и хладнокровно указала вниз.

- Не будешь подчиняться, окажешься во-о-он там.

Летели мы высоко, ветер дул со страшной силой. Даже у меня, бывалого пилота, при взгляде на «бренную землю» закружилась голова. Арчи сглотнул и сделал шаг назад.

- Ты уж так не шути, ладно?

Больше возражений я от него не слышала. Ни одного за всё наше небесное путешествие.

 

Над краем упавших самолетов ветер выдохся и куда-то быстренько улизнул. Воздушный шар снизился и погрузился в зону непроглядного тумана. Вот и как, скажите на милость, в подобных условиях искать родню Арчи?

- Есть у нас крепкий длинный трос? – поинтересовалась я у Эсфири.

- А то как же! Я предусмотрительна, - улыбнулась Эсфирь.

- Тогда спустите меня, - распорядилась я. – Привяжите к чему-нибудь трос и спустите нас вместе с Пуаро.

- Эй, я так не играю! – возмущенно тявкнул пёс. – Меня не предупреждали, что будет экстренная высадка.

- Ты ведь всегда хотел поглядеть на мертвецов, разве нет?

- Не заговаривай мне зубы. Сдались мне твои мертвецы, - зарычал Пуаро. – Только тронь – укушу!

Однако не успел он сказать «укушу», как я запихала его в просторный рюкзак и рывком застегнула молнию. Изнутри еще долго раздавался яростный лай и вся возможная нецензурщина, которой Пуаро нахватался в логове у Фарида и еще раньше – в «элитном» обществе бродячих парижских псов.   

- Спускайте! – скомандовала я, когда меня хорошенько обвязали канатом.

Вскоре отчаянная Жюли Лакруа и рюкзак, до краев наполненный праведным гневом, скрылись в молочно-белом удушающем тумане. Пуаро атаковал прочные стенки рюкзака и отвратительно скреб по материалу когтями.

- Прекрати сейчас же! Как ты себя ведешь? – прикрикнула я на Пуаро. – Что о тебе подумают мертвецы? У нас ведь очень важная задача!

- Добыть сведения о предках Арчи Стайла? Зачем? Тебя ведь от него воротит! – послышалось из рюкзака.

- Так-то оно так, - согласилась я. – Но его не должны водить за нос, даже если он мне до смерти надоел.

- А как ты будешь искать мертвецов, если ты к канату привязана? – вновь вопросил рюкзак.

Я рассмеялась злоехидным смехом. Кто сказал, что искать должна Жюли? Не-е-е-ет, на это ответственное дело мы направим непревзойденного сыщика Пуаро!

Вытряхнула его из рюкзака, когда до земли оставалось совсем чуть-чуть.

- Беги, - сказала я. – Порасспроси нежитей. Может, они слыхали об Арчи. Если попадутся те, кто слыхал, веди их сюда.

Пуаро обиженно чихнул, надменно повернулся ко мне задом, к самолетам передом – и был таков. А я осталась болтаться на веревке, точно елочная игрушка.

Местами зеленоватые, местами сероватые мертвецы выглядывали из самолетов-аки-чудища-морские, пялили на меня красные глаза и пустые глазницы. Здесь же, неподалеку, клубились и тоскливо завывали призраки.

 

Похоже, на этот раз меня приняли за свою. Призраки немного полетали вокруг, поголосили и успокоились. А мертвецы вскоре перестали пялиться и уставились в пространство. Больше всего меня беспокоило, что из Пуаро вытянут душу, он превратится в зомби, и я, ничего не подозревая, буду жить с зомби-собакой, пока эта собака не вытянет душу из меня.

Потом мои страхи сделались несколько прозаичнее, и я начала опасаться, что маленький негодник нарочно никого не станет искать, чтобы мне насолить. Мол, повиси-ка ты, хозяйка, на канате, а я тем временем отлично проведу время в компании призраков или угощусь сосисками из какого-нибудь упавшего самолета.

Однако опасения оказались напрасны. Довольно скоро Пуаро привел за собой целую вереницу призраков и покойников. Вели они себя вполне даже культурно.

- Живая душа! – обрадовалось одно привидение, тыча в меня пальцем. – Вот здорово! Я словно опять попала на светскую вечернику!

Привидение было одето в призрачное коктейльное платье, из чего я заключила, что когда-то в этом же платье на вечеринки ходила дама.

- Вы знакомы с Арчи Стайлом? – вытянув шею, спросила я.

- О, конечно! Разумеется, я с ним знакома! – воскликнуло привидение в платье. – Я же его матушка! Передайте ему, чтобы он хоть раз меня навестил.

- Если он вытворяет непотребства, я ему всыплю! – пригрозил тростью другой призрак. Скорее всего, папаша.

- Перестаньте, - перебила его ворчливая призрачная старушка. – Уверена, внук ведет себя достойно. Не стоит так горячиться.

- Это кто тут горячится?! – взвыл призрак с тростью. – Да я уже вот как пять лет безвозвратно остыл!

Я попыталась призвать к тишине:

- Спокойствие, спокойствие, господа! У меня к вам парочка вопросов.

- И всё? Всего лишь? – разочарованно воскликнула дама. – Я не рассчитывала на такое скупое интервью. Вам не интересны дни моей молодости? Что, совсем ни капельки?

Внезапно меня хорошенько дернуло и – вжииих! – кто-то слетел на веревке в паре метров от меня. Повис, как марионетка на нитках, и лишь спустя минуту поднял голову. Ну, конечно, могла бы догадаться – Арчи Стайл. Только вот ему сюда спускаться не следовало.

- Неприятное ощущение, - признался Арчи, с кривой улыбочкой посмотрев на меня. – Думал, наизнанку вывернет. Не понимаю я этих любителей адреналина. – Он огляделся и вытаращил глаза. - Мама? Отец? Как? Как это возможно? Жюли, что ты здесь устроила?!

- Нечего так орать, - сказала я. – Иногда, чтобы выяснить правду, приходится идти на крайние меры.

- Какую правду?! Какие крайние меры?! – сумасшедшим криком разразился тот. – Я тебя вообще о чем-нибудь просил?!

А ведь действительно. Не просил. Так зачем же я затеяла весь этот «призрачный парад»?

- Арчи! Сынок, как ты живешь? – пропел призрак в платье. – Тебе не скучно?

- Да как-то не до скуки, - утихомирился тот, видимо осознав весь абсурд ситуации. – А вам здесь не тоскливо?

- Бывает, - проскрежетала старушка. – Да мы держимся. Тебя увидели, теперь и на тот свет не страшно.

- Ты обеспечен? Есть у тебя кто-нибудь? – вступил в разговор призрак с тростью.

- Особняк, прислуга, тетушка, - понуро перечислил Арчи. – Как сыр в масле катаюсь.

Призрак с тростью нахмурился.

- Тетушка, говоришь? Какая еще тетушка? Ни у меня, ни у твоей матери сестер не было.

- Ты с этой дамочкой поаккуратнее, слышишь, - забеспокоилось привидение в платье. – Как бы она тебя не обокрала.

Арчи сурово взглянул на меня.

- Так вот, чего ты добивалась, Жюли? Да ты мастерица по части выбивания опоры из-под ног! Сначала разбила мне сердце, теперь развенчала мою тетку. Что дальше?

- Дальше больше, - обиженно буркнула я.

 

Всю дорогу до города Вечнозеленого мы дулись друг на дружку, точно два хомяка, которые хранят за щеками зерно. Смешно и глупо было, наверное, смотреть со стороны, как наш доблестный король кружил по корзине воздушного шара, передавая мне послания Арчи, а ему – мои.  

- Передай ей, что отныне я не намерен участвовать в ее авантюрах, - говорил Арчи Юлию.

- Передайте ему, что к участию в моих авантюрах его никто не призывал, - хладнокровно парировала я.

Пуаро сообщил как бы между делом, что один из мертвецов жаждал его крови.

- А моей крови жаждет Фарид. Эх, что будет, когда мы вернемся… - гадала я.

 

Небо над городом Вечнозеленым встретило нас неожиданным снегопадом. Температура воздуха упала на несколько градусов – это чувствовалось и без всяких термометров. Видно, зима решила побороться с весной за звание чемпиона по количеству осадков. Вскоре закружилась лютая метель. Еле посадили шар у Вековечного Клена.

- Не желаете ли отогреться, господа? – предложил Пуаро. - По такой метели носа на улицу лучше не казать.

- И правда, давайте к нам, под Клен, - подхватила я.

Лица у всех троих (себя-то я не видела) были красные, носы – холодные, руки – закоченевшие. Арчи, Эсфирь и Юлий с радостью согласились.

- Какие знакомые предметы, - усмехнулся Юлий, проведя рукой по креслу-качалке. – А гирлянды так и не сняли.

- Еще у нас есть мышь, - предупредил Пуаро. – Спасу от нее нет. Она вам мозги живо запудрит.

Пуаро обошел древесный ствол, тщательно проверил каждый корень и каждую норку, но мыши так и не обнаружил.

- Что ж, - заключил он, - сегодня запудривание мозгов никому не грозит. 

 

Юлий расположился на траве, согнув ноги и приняв позу йога. Эсфирь поднесла ему кленовый сироп.

- До чего же хорошо! Куда лучше, чем у меня во дворце! – воскликнул Юлий. – Почему я не догадался поселиться здесь, прежде чем это сделала Жюли!

- Придворные бы не поняли, - ухмыльнулся Арчи.

- Эх, тяжело быть королем, - вздохнул Юлий. – Вечно приходится считаться с чужим мнением. Я потерял настоящего себя. И обрести теперь, кажется, смогу лишь в странствиях да под Вековечным Кленом. Я становлюсь собой, лишь когда снимаю корону… Слушайте! – просиял он. – А почему бы действительно не отказаться от короны?!

- Именно этого и ждет Фарид, - сказала я. – Подумайте, что станет со страной.

На лицо Юлия вновь наползла тень, и он опустил голову на руки.

Кто-то постучал в дверь.

- Кому в такую пургу неймется? – проворчал Арчи и неохотно поплелся открывать.

На пороге, залепленная мокрым снегом, появилась Дора.

- Вы еще не слышали? – под завывания метели прокричала она. – Город целых три дня искрился молниями!

- Молниями? – как ужаленная, подскочила Эсфирь. – А Рифат?

- Его схватили и посадили в карцер, когда он вышел из крепости, - сообщила Дора, бессильно прислонившись к стене. С ее плаща на траву капала вода. – Сара упрашивала меня не следовать за ним, но я пошла – и всё-всё узнала. Он находится в подземелье башни Нарсал. Его кормят один раз в день, и он очень слаб.

- Башня Нарсал! – всплеснул руками Арчи. – Да это же рядом с полем для гольфа!

Он потормошил короля.

- Юлий! Эй, Юлий! Забудь о короне! Рифат томится в заточении! Эти горожане, чтоб их!

- Как только его увели из крепости Арнор, электрические разряды прекратились, - робко заметила Дора. – Народ твердо убежден, что Рифат колдун. Его даже требовали казнить.

- И это притом, что у нас отменены казни! – простонал Юлий. Внезапно он вскочил на ноги, грозно свел брови и объявил:

- Выезжаю во дворец! Немедленно!

Арчи закатил глаза к золотой кленовой кроне.

- Метет же! Вы и двух шагов не сделаете, как превратитесь в сугроб!

- Неважно, - отмахнулся король. – Почему, стоило мне уехать из города, как начался беспредел?! Я пойду пешком!

Юлий решительно облачился в мантию, решительным движением поправил корону – и совершенно неожиданно растянулся на траве.

 





Упавшие
как-то раз
(к списку глав)
На главную
Яндекс.Метрика